На фоне усиливающегося корпоративного контроля, кажется, что правительства могут сделать очень мало, даже при том, что существуют международные организации, которые, по-видимому, были созданы, чтобы иметь дело с этими проблемами.
Международный валютный фонд был создан в Бреттон Вудс (Bretton Woods), Нью-Хэмпшир, в 1944 г. для экономического регулирования обменного курса и контроля капитала. Более двадцати пяти лет контроль капитала продолжал снижаться, пока система обменного курса не рухнула полностью в 1971.
Сталкиваясь с опасной нестабильностью мировой торговли, именно мировые коммерческие банки были теми, кто стремился уменьшить продолжающуюся неуверенность, и рост кредитования, ставший закономерным результатом этого, привел к валютному кризису 1982 г.
Экономическое дерегулирование (сокращение вмешательства государства в экономику) продолжалось в течение 1980-х, в то время, как углублялся международный кредитный кризис. На фоне продолжающейся неуверенности возникшее перенасыщение финансовыми инструментами, вероятно, навсегда изменило характер банковского дела.
Большая проблема вылилась в мексиканский банковский кризис 1994 г. Правительство взяло взаймы слишком много и, когда наступил крах валюты, ему не оставалось ничего другого, как искать помощи у Международного валютного фонда и американского казначейства. Мексика выпустила "тесобоны" ("tesobonos"), то есть краткосрочные казначейские векселя, выраженные в песо, но индексированные к курсу доллара США, и тем, кто являлся держателями, их оплачивали полностью. Казалось, что правительство нашло выход из кризиса, но, вследствие проведенных Международным валютным фондом экономических реформ после выручки песо в 1995 г. число мексиканцев, живущих в крайней бедности, возросло более чем на 50 процентов, а средняя минимальная заработная плата в стране упала на 20 процентов.
В 1997-79 гг. международное банковское сообщество охватил новый кризис. Международный валютный фонд был неоднократно привлечен, чтобы прописать свое горькое лекарство для таких стран, как Таиланд, Индонезия и Южная Корея. На сей раз, лечение не помогло, и кризис распространялся, пока вся мировая финансовая система не была охвачена им.
Одним из итогов кредитного кризиса 1998 г. стало то, что богатые страны, как никогда прежде, проявили себя, как заботящиеся только об их собственных интересах.
Международный валютный фонд стал чем-то вроде международного ростовщика, налагающего жестокие условия вместе с пакетом чрезвычайного кредита. Согласно организации "Глобальный обмен" ("Global Exchange"):
"Международный валютный фонд теперь действует как мировая акула ссуд, оказывая громадное давление на экономические системы более, чем шестидесяти стран. Эти страны должны следовать политике Международного валютного фонда, чтобы получить ссуды, международную помощь и даже облегчение долга. Таким образом, Международный валютный фонд решает, сколько страны-должники могут потратить на образование, здравоохранение и защиту окружающей среды. Международный валютный фонд - одна из самых могущественных организаций на земле - все же немногие знают, как он работает."
Истина в том, что корпоративная власть полагается на другие наднациональные силы для укрепления ее господства, то есть: Международный валютный фонд, Всемирный банк (которые оба были созданы в 1944 г. на конференции в Бреттон Вудс, Нью-Хэмпшир), и Всемирную торговую организацию, которая была сформирована в 1994 г.
Дальше на юг от Мексики, Бразилия, самая большая страна в Южной Америке, начинает выходить из периода бедственного неумелого руководства. Бразилия приняла банкиров Всемирного банка и экономистов Международного валютного фонда. Она решительно боролось, чтобы преодолеть последствия периода политической коррупции и внутренних конфликтов и, как будто для поощрения этого, Белый дом подчеркивает, что он с нетерпением ждет, когда сможет приветствовать Бразилию как равноправного экономического торгового партнера. Однако, несмотря на все эти твердые заверения, американское министерство сельского хозяйства все еще налагает субсидии и квоты на две трети плодов цитрусовых, которые Бразилия могла бы экспортировать в Америку.
Согласно газете "Санди Телеграф" (Sunday Telegraph)(октябрь 2006 г.), вопрос относительно оптовой приватизации тропического леса Амазонки будет поднят Дэвидом Милибандом (David Miliband), (?) , "британским" министром по защите окружающей среды, на встрече на высшем уровне в Мексике в октябре. Больше корма для капиталистической машины?
Нужно надеяться, что Мексика не окажется в такой ситуации, как многие другие страны, опутанная сетями, из которых не выбраться.
Поскольку кредитно-денежный контроль - ключ ко всей проблеме единого мирового правительства, чем больше доступно информации, или, в качестве альтернативы, информации по другим углом, тем лучше. Следующие сайты могут быть полезны: